Мария Кюри не просто изучала радиоактивность — она буквально жила в ней. Вместе с мужем Пьером они работали с радием и полонием без какой-либо защиты: никаких перчаток, никаких свинцовых экранов. Кюри описывала голубоватое свечение радия как нечто прекрасное, «слабые огоньки». Она даже носила пробирки с радиоактивным материалом в карманах халата. Сегодня ее лаборатория в Париже превращена в музей. Возникает закономерный вопрос: а не опасно ли там находиться?
Для начала важно понять, что радиация — это не нечто абсолютно чуждое. Мы постоянно подвергаемся воздействию ионизирующего излучения: от солнечного света, от почвы, от строительных материалов. Вредны только большие дозы. Единица измерения — зиверт. Например, при обычном флюорографическом обследовании мы получаем около 0,1 миллизиверта.
Когда Кюри работала в лаборатории, радиоактивные вещества оседали на всем: на мебели, на книгах, на дверных ручках. Некоторые предметы буквально пропитались радиацией. Исследователи снимали показания счетчиком Гейгера в разных точках музея. На большинстве поверхностей уровень радиации оказался в пределах нормы. Но были и исключения.
Оригинальные дверные ручки лаборатории, до которых десятилетиями касались руки Кюри и ее коллег, все еще фонили заметно выше фона. Наибольшую опасность представляют старые пробирки и контейнеры, в которых хранились образцы. В закрытых витринах музея хранятся предметы, уровень радиации рядом с которыми может достигать десятков микрозивертов в час.
Но означает ли это, что посетителям музея грозит опасность? Нет. Музей Кюри прошел многократную дезактивацию. Крупные радиоактивные предметы были либо помещены в защитные контейнеры, либо переданы в специализированные хранилища. Те немногие экспонаты, которые все еще представляют опасность, надежно изолированы за стеклом витрин. Предел облучения для населения во Франции составляет 1 миллизиверт в год. Даже если стоять рядом с самой «горячей» витриной несколько часов, набрать эту дозу нереально.
Репортер BBC, посетивший музей с собственным дозиметром, подтвердил: внутри безопасно. Экспозиция интересна именно как историческое свидетельство того, в каких условиях работали великие ученые. Но лучше все же не трогать руками экспонаты, не лизать стены и не пытаться унести с собой кусочек «аутентичной» радиации в кармане — Мария Кюри уже проделала этот эксперимент за нас, и закончился он для нее трагически. Она умерла от апластической анемии, вызванной многолетним облучением. Сегодня мы можем любоваться результатами ее работы в полной безопасности.
