Однако вместо ожидаемого палеонтологического архива аппарат оказался на территории древней магматической формации, известной как «Маржинальная единица». Эти породы, рожденные из застывшей лавы глубоко под поверхностью, стали неожиданным подарком для геологов. В отличие от мягкого ила, кристаллическая структура таких камней работает как идеальный сейф, консервируя химические данные о каждой эпохе своего существования.
Используя установленный на мачте прибор SuperCam, способный анализировать состав пород с помощью лазерного спектрального анализа на расстоянии до 6,5 метра, исследователи изучили более 185 образцов вдоль подъема высотой 265 метров. Результаты, опубликованные в журнале Communications Earth & Environment, перевернули представление об этом участке. Оказалось, что магматические скалы пережили не одно, а как минимум три различных водных события.
История воды в этой местности читается снизу вверх:
- Глубинное прошлое: на нижних уровнях обнаружены крупнозернистые кристаллы оливина. Они остывали медленно в толще планеты и никогда не видели воды.
- Первый контакт: поднимаясь выше, ученые нашли трещины, заполненные карбонатами. Это следы того, как богатые углекислым газом грунтовые воды впервые просочились сквозь камень, изменив его химический состав.
- Эпоха озера: еще выше зерна оливина оказались раздроблены, а пространство между ними заполнилось кремнеземом. Это явный признак того, что породы долгое время находились на дне самого марсианского озера.
- Горячий финал: венчают разрез тонкие жилы сульфатных минералов и флюорита. Их образование требует циркуляции горячих гидротермальных вод через уже сформировавшиеся скалы, что указывает на позднюю фазу вулканической активности.
«Мы думали, что карбонаты – это продукт древнего озера, – поясняет ведущий автор исследования Кэндис Бедфорд из Университета Пердью. – Теперь мы понимаем, что этот район стал настоящим перекрестком разных водных систем».
Открытие заставляет пересмотреть климатическую модель раннего Марса. Наличие гидротермальных систем, подтвержденное находкой флюорита, говорит о том, что даже после исчезновения крупных озер недра планеты оставались теплыми и влажными, создавая потенциальные ниши для хемосинтезирующей жизни вдали от солнечного света.
